Моя скромница Джейн  - Джоди Мидоуз

Александр густо покраснел.

– У меня с собой имеется трость с духом из кареты, сэр, но чашки, боюсь, больше нет. Она утрачена.

На лице Веллингтона отразилось сильное удивление.

– Мне казалось, вы почти не совершаете ошибок, мой мальчик. Что же случилось?

– Она… потерялась, – повторил Блэквуд.

Шарлотта испытала острое желание обнять его. Чтобы успокоить его во всех тех противоречивых чувствах, которые наверняка раздирают его сейчас, когда он узнал о Джейн и Рочестере. И за то, что не выдал Брана.

Ассистент, со своей стороны, явно не хотел, чтобы его покрывали. Он прочистил горло:

– Сэр, это все моя вина. Я неправильно обращался с ловушкой, и дух мистера Броклхерста на какое-то время вселился в меня, а потом… потом я разбил чашку.

Герцог снял очки.

– Значит, привидение бежало?

Бран сглотнул. Его сильно выдающийся кадык резко дернулся.

– Да, сэр.

– Понятно, – произнес герцог.

– Я с готовностью приму любое наказание, сэр. Понимаю, я его заслужил.

Шарлотта сделала шаг вперед.

– Он хотел как лучше, сэр. Просто пытался развлечь нищее дитя.

Веллингтон развернулся и, ни слова не говоря, без церемоний направился в библиотеку. Там он сел за стол, заново разжег трубку и одарил Брана долгим тяжелым взглядом.

– У меня есть краткий конфиденциальный разговор к мистеру Бронте.

– Сэр, – запротестовал мистер Блэквуд, – здесь есть и моя вина. Не надо было оставлять его одного.

Герцог пропустил эти слова мимо ушей и просто ожидал, пока его распоряжение будет выполнено. Александр вздохнул и вышел. Шарлотта осталась. Ей казалось, если она не выскажет все, что ее распирает, то буквально разорвется на части. Это же простая ошибка! Так ошибиться может всякий. Ну, хорошо, пусть не всякий, но Бран же хотел как лучше. Он всегда хочет как лучше.

Девушка беспомощно сжала руки в кулачки.

– Чарли, – сказал Бран, – иди.

Несколько долгих-долгих минут Шарлотта с мистером Блэквудом ожидали в прихожей. Затем ассистент снова присоединился к ним – бледный, но с храброй улыбкой на губах.

– Все прошло хорошо? – спросил Александр.

– Нормально, – ответил Бран. – Получил легкий нагоняй. Я в порядке. Все будет хорошо.

– Какое облегчение, – заметил Блэквуд. – Тебе повезло. Веллингтон, вообще, не из тех людей, кто склонен давать провинившимся второй шанс. Ладно, давайте провожу вас обоих до дверей. У нас с герцогом остались кое-какие дела.

Он встретился взглядом с Шарлоттой. Та изобразила что-то вроде бодрой улыбки.

– Мне очень жаль, мисс Бронте. – Александр придержал ее уже у главного входа. – Я знаю, как вы мечтали стать агентом.

Она кивнула.

– Мечтала. И мечтаю. Но… – Она снова закусила губу. – Мистер Блэквуд, у вас никогда не возникает такого чувства, что герцог говорит вам не все?

– Веллингтон для меня как второй отец, – ответил тот. – Фактически он меня вырастил. Не сомневаюсь, что он со мной искренен.

– Но вот про Переходный кабинет умолчал.

– Значит, не было случая, – сухо произнес мистер Блэквуд, слегка отстраняясь от девушки. – Он же сам сказал: за все время моей работы в Обществе ни разу не появлялось Маяка.

– И все равно, это слишком важный момент, чтобы о нем забыть.

– Просто момент, один из многих. Ничего особенного.

– А не кажется ли вам необычным совпадением его знакомство с мистером Рочестером? И не думаете ли вы…

– Мисс Бронте, я ценю вашу заботу, – сказал Александр таким голосом, что сомнений не оставалось: он вовсе ее не ценит, – но с Веллингтоном все в порядке. Мы хорошо знакомы. Я поговорю с ним, и все прояснится.

– Конечно. Но я чувствую: чего-то очень важного все мы до сих пор не знаем.

– Вы вечно что-нибудь чувствуете. – Он скрестил руки на груди. – Пора уже прекратить совать свой очаровательный носик пуговкой повсюду, куда не следует.

– Что совать?.. – Она покачала головой. – Но, мистер Блэквуд! Неужели вы не находите все это хоть немного подозрительным? И не думаете…

– Нет. Не думаю.

К этому времени они уже вышли на улицу, и в шуме толпы сложнее стало расслышать друг друга. Бран скромно стоял в сторонке. С момента своего tête-a-tête с Веллингтоном он не произнес ни слова.

– Мистер Блэквуд! – снова начала Шарлотта.

– Прекратите, – оборвал ее он. – Перестаньте накручивать себя и меня. Перестаньте напрягаться. Просто смиритесь с тем, что иногда дела обстоят в точности так, как и кажется. Здесь нет никакой загадки, мисс Бронте. Никакого материала для литературного расследования.

– Но…

– Поезжайте домой, мисс Бронте.

Шарлотта поняла, что на сей раз он говорит серьезно.

Она распрямилась во весь свой маловпечатляющий рост.

– Что ж, хорошо. Приятно было с вами работать, мистер Блэквуд. Жаль, что нам не удастся продолжить сотрудничество. Благодарю… Я прекрасно доберусь домой сама.

Александр вздохнул. Было очевидно, что Шарлотта глубоко и искренне задета.

– Мисс Бронте, поверьте, я…

– Всего хорошего, мистер Блэквуд. – Она присела в вялом реверансе и нарочно не стала подносить лорнет к глазам, чтобы посмотреть на него.

– Мисс Бронте. – Александр приподнял шляпу, повернулся на каблуках и направился назад в здание, оставив Шарлотту с Браном одних.

– Как ты, Чарли? – спросил спустя несколько мгновений ученик.

– Не называй меня Чарли, – машинально пробормотала она. – Какой странный день.

Внезапно девушка обнаружила, что дрожит и глаза у нее на мокром месте.

– Ладно, пошли. Не терпится поглядеть на твою квартиру, братик.

– Это не целая квартира, а только одна комната. И хозяйка сердитая.

Шарлотта думала, что Бран возьмет экипаж, но он сказал, что лучше прогуляться. И вот они гуляли, гуляли, миновали уже больше полутора километров и тогда только наконец пришли к ветхому, полуразрушенному дому на какой-то темной улице – из тех, где по ночам любого поджидают неприятности. Младший Бронте отпер парадную дверь и быстро, стараясь не шуметь, провел сестру через прихожую к черной лестнице. В конце концов, они оказались в комнатке размером со стенной шкаф.

Шарлотта присела на кровать – больше просто некуда было – и сразу ощутила густой запах плесени. Кроме того, повсюду валялись кучки мышиного помета.

– Тут очень мило, Бран, – слабым голосом похвалила она. – Уютно.